Первые недели напоминали волшебную сказку, где всё складывалось как нельзя лучше. Он чувствовал, что его жизнь обрела смысл, а заветное желание исполнилось с пугающей точностью. Казалось, это начало той самой идеальной истории, о которой он всегда грезил.

Однако эйфория быстро уступила место удушающему беспокойству. Ники не просто любила — она стала им одержима. Сначала её знаки внимания казались милыми, но вскоре они трансформировались в пугающий контроль. Она знала, где он находится, с кем говорит и о чём думает. Каждый его шаг подвергался анализу, а любая попытка провести время отдельно вызывала вспышки неконтролируемой ревности. Её забота превратилась в невидимые оковы, которые с каждым днём затягивались всё туже, не оставляя пространства для личной свободы и привычного дыхания.

В один момент он осознал страшную правду: его желание действительно исполнилось, но совсем не так, как он мечтал. Он просил о любви, а получил плен в клетке чужого безумия. То, что он принимал за глубокую привязанность, оказалось ядовитой ловушкой.